Куршская коса: торговый путь, тропа войны, почтовый тракт, земля сотрудничества

В эпоху викингов (VIII – XI века) торговые пути в основном прокладывались по водной глади Куршского залива вдоль или через косу. Водные дороги крепко связывали племена-соседей: викингов, пруссов, куршей. Через проливы, прорезавшие Куршскую косу, проходил участок знаменитого торгового пути «из варяг в греки».

Самым крупным, соответственно и самым доходным, был пролив Брокист (название пролива происходит от древнеисландского «brоkist» – «мост из ящиков», т.е. понтонный мост). Он прорезал Куршскую косу в ее корневой части в районе современного контрольно-пропускного пункта Национального парка «Куршская коса». Пролив хоть и был затянут песком в XIII в., однако и сейчас его следы еще видны как с водной глади Куршского залива, так и вдоль участка дороги от Зеленоградска до КПП Национального парка. Рядом с проливом Брокист в начале IX века возникло поселение викингов и пруссов – Кауп, которое контролировало торговлю, осуществлявшуюся по проливу Брокист.

Поселение Кауп («кауп» – в переводе с древнеисландского языка означает «торг, торжище») было одним из крупнейших торжищ Европы и процветало в течение нескольких столетий. Такое братство племен было весьма удивительно для того времени. Викинги, наводившие ужас на христианскую Европу, высадились на земли пруссов еще в VIII в. Они жили в мире с пруссами, т.к. и те, и другие были язычниками, поклонялись сходным божествам, занимались взаимовыгодной торговлей янтарем и другими товарами. Совместно контролировали проход караванов купеческих судов через пролив Брокист, собирая с них дань не только товаром, но и звонкой монетой.

Брокист был самым крупным, но не единственным проливом через Куршскую косу. В окрестностях современного поселка Рыбачьего, рядом с древним проливом Гаузутте-Фогель-визе в конце X – начале XI вв. возникает поселение Кораллен-Берг. Оно представляло из себя перевалочную базу викингов и куршей, занимавшихся здесь заготовкой янтарного сырья, охотничьим промыслом для пропитания команд судов, проходивших по Балтике от одной стоянки до другой, а также производством металлических изделий для ремонта каботажных судов. Согласно археологическим данным, эта усадьба пережила два пожара и вновь возрождалась, но, как и Кауп, было уничтожена в результате набега врагов.

Во времена викингов в 10 км к юго-западу от поселения Кораллен-Берг существовал рукотворный пролив Заркау-Брух. Что удивительно, до нашего времени он прекрасно сохранился и даже заполняется зимой водой. Также существовал пролив в районе современной Ниды. Пролив в районе современной Клайпеды появился гораздо позже уже во времена Тевтонского ордена, к тому времени Брокист окончательно заилился.

Именно в эпоху викингов Куршская коса обрела то значение, которое сохраняется ею и по сей день – она стала естественным путём, связывающим Самбию и Литовское взморье (балтийское побережье к северу от устья р. Неман).

Тропа войны

Свое военно-стратегическое значение Куршская коса приобретает после завоевания земель пруссов Тевтонским орденом в XIII в., для которого она стала естественным путем, связывающим Замланд (старинное название прусских земель вокруг Кёнигсберга) с его лифляндскими владениями. До XVII в. дельта реки Неман была сильно заболочена, её можно было пересечь только зимой, поэтому Куршская коса представляла собой самый удобный путь от заложенной 1255 г. крепости Кёнигсберг к построенной в 1252 г. Мемельской крепости (ныне город Клайпеда) и Риге, где обосновались братья Ливонского ордена.

Как военный путь коса впервые упоминается в Ливонской хронике XIII в., в которой рассказывается, что в 1253 г. воины прусского племени сембов проследовали по косе на север и осадили только что построенный замок Мемельбург.

Орден утверждал свое право на Куршскую косу привычным для себя способом - возведением замков. На косе их было два: Нойхаус, который был построен у корня косы в районе современного Зеленоградска, и Росситтен - располагался на берегу Куршского залива в самом центре косы в районе нынешнего п. Рыбачий. Хотя оба замка были построены в XIII веке, первые упоминания о них относятся к началу XIV в. Нойхаус упоминается в летописях ордена 1331 г., а Росситтен - в 1330 г. Стратегическая важность последнего заключалась в том, что из него рыцари по льду добирались до замка Венте, находившегося на другом берегу залива, а оттуда шли походом на Литву. Название поселения Росситтен впервые появляется в 1372 году. В те времена существовало два Росситтена: один назывался Росситтен перед замком, в котором жили курши-огородники, так называли мелких крестьян, другой Росситтен - перед церковью, в нем жили рыбаки, они не платили налогов, но были обязаны переправлять письма в Заркау (п. Лесной) и Мемель.

В Грюндвальской битве 1410 г. немецкие рыцари были разгромлены польско-литовской армией, и Тевтонский орден быстро пришел в упадок. После заключения в 1422 г. Мельнского мирного договора между орденом и Литвой замки на Куршской косе утрачивают свою военно-стратегическую роль. Нойхаус разобрали на кирпичи еще в средние века, а вот Росситтенский замок сохранял свое важное стратегические значение вплоть до XVI в., в частности, в нем находилась резиденция «рыбного мастера», следившего за рыболовством в Куршском заливе. В последующие века Росситтенский замок был окончательно заброшен. Руины замка сохранялись вплоть до начала XIX, тревожа воображение путешественников.

Значение же Куршской косы, как связующего звена Пруссии с Ливонией и кратчайшего пути из Кёнигсберга в Ригу и далее на Русь, из столетия в столетие только возрастает. С определенной долей вероятности можно предположить, что через Куршскую косу в средние века шли рыцари ордена покорять Новгород и Псков. В поздних документах Тевтонского ордена коса именуется как «дорога вдоль побережья», поскольку она проходила то по берегу моря, то по берегу залива. С 1525 г. после превращения государства Тевтонского ордена в Прусское княжество Куршская коса на несколько столетий становится главным «мостом» между Восточной и Центральной Европой, балтийскими странами и Россией.

Куршская коса - почтовый путь Европы

История Куршской косы - это долгая история дороги. Со времен средневековья по ней совершалось международное сообщение из Северо-Западной России через Пруссию и далее – в Западную и Южную Европу. В I пол. XVIII в. участок почтового пути из Кёнигсберга в Клайпеду через Куршскую косу стал частью почтового тракта европейского значения Париж-Берлин-Рига-Санкт-Петербург. По этой дороге в разное время проезжали многие известные и высокопоставленные особы: царь Пётр I (в 1697 и в конце марта 1713 г., возвращаясь из Берлина), великие русские князья, король Пруссии Фридрих I (в августе 1714 г.), Фридрих Вильгельм III (в июле 1818 г.), русский император Александр I (в 1802 г.), французский писатель Дени Дидро (в 1773 г.), королева Пруссии Луиза неоднократно путешествовала по Куршской косе (впервые она проехала по косе 7-8 июня 1802 г., сопровождая своего мужа на встречу в Мемеле с императором Александром I, затем 7-8 января 1807 г., когда через Куршскую косу из Кенигсберга в Мемель бежало королевское семейство Пруссии, спасаясь от войск Наполеона I).

Если во времена ордена на Куршской косе на ночлег путники останавливались прямо в замках, то в дальнейшем для ночлега вдоль всей косы стали возникать постоялые дворы, начал формироваться своеобразный сервис для путешественников и почтальонов. На косе испокон веков повелось так, что время начала существования поселения принято отсчитывать от даты предоставления права держать постоялый двор (корчму), зарегистрированного документально. Часто дата дарования привилегии корчме является и началом истории поселения: в 1372 г. такую привилегию получил Росситтен (ныне п. Рыбачий), в конце XIV века Пилкоппен (ныне п. Морское), в 1408 г. Заркау (ныне п. Лесной), в 1437 – Ниддден (Нида), в 1447 – Негельн (в 1728 г. был засыпан песками косы), в 1506 - Кунцен (сегодня уже не существует), в 1509 – Карвайтен (также перестал существовать), в 1525 – Сандкруг (Смильтине), в 1680 – Шварцорт (Йодкранте), в середине XVII в. – Латенвальд (в 1762 г. это поселение опустело). Одни постоялые дворы на Куршской косе просуществовали столетия, другие - несколько десятков лет.

Почтовая дорога на Куршской косе хоть и носила столь громкое название, на самом деле вплоть до начала XX в. скорее была «водным» или «полуводным» путем. Старый почтовый тракт по косе проходил только до Заркау через лес, а дальше дорога шла то вдоль моря, то вдоль залива. С одной стороны колеса почтовой кареты почти катились по воде, увязавшие лошади быстро уставали. Кроме того, самое узкое место Куршской косы у Заркау, начиная с середины XVIII в. и до времени постройки в этом месте авандюны, постоянно заливалось, путешествию препятствовало бурное море. Для путешественников, ехавших из Пруссии в Курляндию или далее, почтовый путь по Куршской косе был настоящим испытанием.

С середины XVII в. одной из самых важных функций постоялых дворов стало обслуживание почтовых сообщений. Постепенно они приобрели статус почтовых станций, а их хозяева получили статус начальников почтовых станций. На Куршской косе действовали четыре большие станции: в южной части - в Заркау и Росситтене, а в северной - в Ниде и Йодкранте - с местами для ночлега и сменными лошадьми. Нидденский почтмейстер держал около 40 лошадей, Росситтенский - 30 лошадей (почтовая станция открылась в 1670 г. и просуществовала до 1945 г.). На косе почтмейстеры принадлежали к самому обеспеченному социальному классу. По приказу Фридриха Вильгельма I от 1718 г. ежегодный заработок почтового служащего должен был составлять 48 талеров (в те времена один талер содержал 30 грамм высококачественного серебра), а если он держал лошадей, то ему ещё добавляли два талера в месяц. Почтовые станции были весьма прибыльными коммерческими предприятиями. Их деятельность включала в себя не только обеспечение курьеров лошадьми, ночлегом, питанием, но и пивоварение, винокурение и, соответственно, продажу пива и бренди. Пивоваренные заводы Мемеля снабжали постоялые дворы северной части косы, пивоварня в Росситтене снабжала южную часть косы, пиво для почтовой станции в Заркау варили в Лаптау (ныне п. Муромское). От продажи спиртного местная власть собирала большие налоги. Поэтому очень часто разгорались нешуточные коммерческие баталии между администрациями районов - какой станции кому принадлежать.

Многие путешествовавшие по Куршской косе в XVIII – XIX вв. отмечали убогость постоялых дворов и дороговизну еды, а также низкое её качество. Пруссии понадобилось более полувека, чтобы наладить почтовую службу. Чтобы улучшить качество доставки почты по Куршской косе, в 1782 г. прусское правительство назначило почтового инспектора, который проживал в Росситтене. В 1817 г. по всему почтовому тракту на Куршской косе были установлены специальные столбы с нанесёнными на них черными и белыми полосами, они отмечали каждую четверть, полу и целую милю (прусская миля равнялась 7,532 км.). Уход за столбами требовал постоянной заботы, потому что их периодически засыпало песком. Кроме почтовых станций вдоль всей дороги были выстроены маленькие домики для отдыха и вырыты колодцы, чтобы поить лошадей.

Надо отметить, что и сама почтовая служба приносила неплохой доход в казну. Так, например, в конце XVII в. доставка одного письма из Кёнигсберга в Мемель по Куршской косе стоила два серебряных гроша и три пфеннинга. Почтовые тарифы из века в век только росли, но при этом повышалось и качество обслуживания, расширялся спектр предлагаемых услуг. В XVIII в. почтовые кареты уже перевозили не только письменную корреспонденцию, но и посылки, денежные переводы и даже людей. Поэтому нет ничего удивительного, что за время правления Фридриха Великого в конце XVIII в. доход от почтового маршрута Мемель-Рига-Нарва-Санкт-Петербург вырос с пяти до семидесяти тысяч талеров. Свою лепту в эту копилку вносили и почтмейстеры Куршской косы.

В середине XVIII в., когда на Куршской косе разразилась песчаная катастрофа, почтовое сообщение по косе было сильно затруднено дрейфующими песками, постоянно засыпающими дорогу. Кроме этого, настоящую опасность для путешественников представляли плывуны, которые образуются с западной части странствующей дюны, со стороны моря. Гораздо опаснее безвредного, по большей своей части дюнного плывуна, плывун, который образуется у берега моря при сильном западном ветре. Известен достоверный эпизод с русским курьером, опоздавшим в Петербург с известием о победе при Ватерлоо, т.к. обе его лошади угодил в плывун и утонули вместе с каретой. Сохранилось свидетельство о том, что 22 декабря 1824 г. в плывун между Нидденом и Шварцортом также вместе с каретой, запряженной четверкой лошадей, попал путешественник из Гамбурга.

Почтовый путь по Куршской косе потерял свое международное значение в 1833 г. после прокладки нового пути Тильзит (ныне г. Советск) – Таураге - Санкт-Петербург. С этого момента почтовый путь через Куршскую косу использовался для местной связи, а в 1851 г. он окончательно утратил свое значение как почтовая дорога, связывающая Кёнигсберг и Мемель. О почтовой дороге с многостолетней историей скоро забыли, и если бы не мемуары путешественников, стойко переносивших все тяготы песчаного пути, наверное, мало информации о почтовом тракте через Куршскую косу дошло бы до наших дней.

В современном понимании дорога на Куршской косе появилась лишь в 1909 г., она соединила Кранц и Мемель и была построена в рамках программы общественной помощи безработным Германии. На это понадобилось семь лет. И лишь в 60-х годах XX в. эта дорога становится асфальтированной, открывается автобусное сообщение «Калининград-Клайпеда». Доступность косы резко возрастает, соответственно, увеличивается и количество посетителей ее территории, что не могло не сказаться на хрупкой природе этих мест.

Земля сотрудничества

В конце 80 гг. XX в. в Советском Союзе повсеместно создаются национальные парки. Одним из первых национальных парков постановлением Совета Министров РСФСР от 6 ноября 1987 года № 423 был создан национальный парк «Куршская коса», на базе Куршского лесхоза. Сегодня ценность и уникальность Куршской косы признана мировым сообществом. Инициатива включения Куршской косы в Список всемирного наследия ЮНЕСКО принадлежит Литовской Республике, поэтому первое заседание международной комиссии по подготовке материалов для включения косы в список ЮНЕСКО было проведено на литовской стороне косы. Весь 1998 год прошел в работе по подготовке необходимой документации, когда каждая их сторон-участниц трудилась над своей частью информативных материалов. В феврале 1999 года во время второй рабочей встречи, теперь уже на российской части косы, материалы, представленные российскими и литовскими участниками (около 120 печатных страниц), объединили и направили в Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО. Комитет, в свою очередь, предоставил направленные ему материалы на ознакомление 10 -15 экспертам, которые работали с документами около года. После того, как они вынесли свою положительную резолюцию, в мае 2000 года на Куршскую косу выехали 2 международных независимых эксперта - для изучения объекта на месте и вынесения окончательного решения. Именно во время работы на территории Куршской косы этих независимых экспертов было принято решение об изменении номинации, по которой должно было произойти включение: вместо номинации "природно-культурный объект" — номинация "культурный ландшафт". В таком измененном виде Куршская коса как единый международный объект и была включена в Список природного и культурного наследия ЮНЕСКО на 24-й сессии Комитета всемирного наследия, проходившей 27 ноября – 2 декабря 2000 г. в городе Кэрнсе (Австралия). Мероприятие по официальному вручению сертификата о включении Куршской косы в Список всемирного наследия ЮНЕСКО состоялось 17 августа 2001 г. в литовском городе Нида. В настоящее время Куршская коса не только исключительный пример ландшафта, созданного в XIX в. людьми, состоящего из песчаных дюн и находящегося под постоянной угрозой со стороны естественных сил природы - ветра и воды, но и земля сотрудничества двух государств - России и Литвы, направленного на сохранение этого уникального уголка нашей планеты.

Материал подготовил методист отдела экологического просвещения Национального парка «Куршская коса» А.Г. Ульянов.